Гибель и подъём дизельной крейсерской подводной лодки «К-129»

Гибель и подъём дизельной крейсерской подводной лодки «К-129».

К этой лодке я имел непосредственное отношение. Дело в том, что осенью 1967 года, после окончания 3 курса училища мы, курсанты, проходили практику на Камчатке, в соединении дизельных подводных лодок. Добирались на Камчатку на пассажирском теплоходе «Советский Союз». Этот здоровый теплоход достался Советскому Союзу после войны от раздела флота Германии. Назывался он раньше «Адольф Гитлер». Его от греха подальше, после гибели в Севастополе линкора «Новороссийск», убрали из европейской части Союза и отправили на Дальний Восток.

Добрались до Петропавловска-на-Камчатке, а затем на катерах перевезли нас в соединение подводных лодок, в бухту Крашенинникова. Когда-то эта бухта называлась Тарья, что в переводе с французского означает «могила». В этом месте в 1854 году, после неудачного штурма Петропавловска, застрелился командующий объединенной англо-французской эскадрой адмирал Прайс.

Жили мы в кубриках на плавучей базе для подводных лодок «Нева». Старая плавказарма, где по коридорам бегают дети, семьи офицеров молодых живут на «Неве». Тут же каюты для работы офицеров, кубрики, где проживают экипажи подводных лодок. На берегу казарм не хватает, не хватает и жилья для семей, все это восполняет старая «Нева». Среди подводников ходила легенда о её предшественнице. Была до неё плавказарма «ПКЗ-61», или, знаменитый по стихотворению Маяковского, бывший пароход «Теодор Нетте». Это бывшая царская яхта-пароход, отделанная красным деревом, а потом разгороженная досками на клетки-каюты с двухъярусными койками. Как-то, среди бела дня, начала эта плавказарма крениться и тонуть. Все подводники повыскакивали из неё на пирс, на корпуса своих, стоящих рядом, лодок. Потом вспомнили, что надо спасать секретные документы из своих секретных частей. Повытаскивали ящики-сейфы, с интересом наблюдают, когда же всем надоевшая казарма скроется под водой. Но упрямая ПКЗ накренилась, покряхтела, и вдруг раздумала тонуть. Она просто села на мель из консервных банок и бутылок. За 12 лет ее стоянки у пирса поколения подводников сбрасывали опорожненную тару под борта плавказармы, намертво причаленной к последнему своему пирсу. Вот теперь на этом месте стояла «Нева».

Расписали нас по подводным лодкам, по 3-4 человека, для стажировки в должностях командиров минно-торпедных групп, старшин команд. Я попал на подводную лодку, где командиром был капитан 1 ранга Кобзарь. Дизельная ракетная лодка 629 проекта, тактический номер «К-129», имела на борту три баллистические ракеты Р-13 с подводным стартом и ядерными головными частями большой мощности, и две торпеды с ядерными зарядами в носовых торпедных аппаратах. Неоднократно выполняла задачи боевой службы, патрулирования в Тихом океане в районе стартовой позиции своих ракет по введенным в них объектам поражения. Практика была для меня осмысленной, так как уже смотрел на торпеды со знанием дела, представлял, какие функциональные обязанности лягут на меня, будущего офицера. В этот период лодка готовилась к очередному походу, так что было, что познавать на той практике.

Ушла она в поход на боевую службу 24 февраля 1968 года. Вернуться должна была 5 мая, а 8 марта она не ответила на контрольную радиограмму, переданную штабом флота. Она должна была в этот день донести обусловленный боевым распоряжением сигнал о проходе контрольного рубежа. Но, как я понял, с целью проверки свзи в направлениях «берег- подволдная лодка – берег, штаб флота решил одной контрольной телеграммой получить установленное донесение от лодки. Но его не поступило. Контр-адмирал в отставке В. Дыгало, командовавший в то время дивизией, в состав которой входила лодка, вспоминает: «В соответствии с боевым рапоряжением В.Кобзарь регулярно направлял в штаб донесения о ходе плавания. Но 8 марта мы все были встревожены – лодка не ответила на контрольную радиограмму, переданную штабом Тихоокеанского флота для проверки связи. Правда, это не давало основания предположить трагический исход плавания – мало ли какие причины помешали командиру выйти на связь! Но донесение так и не поступило. Это было серьёзным основанием для тревоги».

Я помню, как среди преподавателей, курсантов Тихоокеанского училища шепотом обсуждался этот случай. Была надежда, что, может быть, вышли из строя передатчики. Был организован поиск лодки с привлечением авиации, в том числе и Северного флота, надводными кораблями. Надежда иссякла через две недели. Тогда стали говорить о возможной гибели лодки, но все это неофициально. Об этом тогда не принято было говорить вслух. Лодка погибла по не установленным тогда причинам.

В это время, в разгар боевых действий во Вьетнаме, американские ВМС тшательно прослеживали курс любого советского военного корабля в стратегически важной части Тихого океана. По версии флота, с выходом «К-129» из Авачинской бухты, за ней было установлено скрытое слежение американской атомной подводной лодкой «Суордфиш». Известно также, что 11-12 марта, предположительно через 3-4 суток после времени невыхода «К-129» на связь, эта американская лодка прибыла ночью в военно-морскую базу Японии Йокосука с повреждением ограждения боевой рубки. Американцами во время заходы этой лодки в порт принимались необычные меры безопасности: к ремонту привлекался только американский персонал. Лодке в течение ночи был выполнен ремонт, с рассветом она убыла в неизвестном направлении.

Это подтвердил позднее и бывший командующий ТОФ адмирал Николай Амелько, сообщивший, что в конце марта 1968 года ему начальник разведки флота принёс японскую газету, в которой был помещён снимок лодки «Суордфиш» и небольшая заметка о её заходе в базу для ремонта перископа.

Есть неофициальные данные, что с экипажа лодки была взята подписка о неразглашении какой-то тайны. Представители ВМС США упорно отрицали факт столкновения и удара своей лодки в корпус «К-129». По нашей версии «К-129» была непреднамеренно протаранена при повороте на новый курс следящей за ней американской лодкой. Слежение производилось в кормовом секторе нашей лодки на малых дистанциях. Вероятно, американская лодка прозевала поворот нашей лодки на новый курс, в результате чего произошел таранный удар. Наша лодка, наиболее вероятно, следовала на перископной глубине в режиме работы дизелей под водой, в условиях повышенной своей шумности. Лодка получила от таранного удара пробоину в корпусе, приняла огромное количество воды, быстро теряла плавучесть и провалилась в океанскую пучину, на глубину более 5200 метров. Место ее гибели на удалении от Камчатки около 1230 миль.

Первым в точку предполагаемого местонахождения лодки направился морской буксир СБ-43. На его борту находился заместитель командира дивизии, в состав которой входила «К-129», капитан 1 ранга Валентин Бец. Об этом он вспоминает: «Не успели мы приблизиться к району, где по нашим расчётам исчезла «К-129», как над нами начали кружить американские патрульные самолёты «Орион». Они буквально висели над мачтами, и это вызывало определённое подозрение: с чего бы такое пристальное внимание к нашему скромному судёнышку? Когда же через несколько дней в район подошли ещё 11 наших кораблей, интенсивность их полётов стала ещё большей. Между тем погода была не из лучших. Волнение моря было в пределах 8 –9 баллов, к тому же постоянно висел туман. Мы прочёсывали район на малых скоростях – максимум 2-3 узла. Вдруг за кормой на экране локатора появилась неизвестная цель. Мы делаем повороты – цель продолжает следовать за нами. Появилось предположение, что это иностранная ПЛ. Тогда я, подозвав гидрографическое судно «Невельский» на голосовую связь, в мегафон проинструктировал его командира о порядке действий и мерах безопасности, после чего по радио открытым текстом передал: «Обнаружил за кормой в 4 кабельтовых неизвестную морскую малую цель. Выйти на визуальный контакт с ней». Гису повернул к цели, кратковременно увеличил ход, а затем круто отвернул. Грубо говоря, попугал. Но цель сразу же пропала и больше не появлялась. Всё это и тогда и сейчас заставляет предполагать, что американцы знали и о цели наших действий, и о катастрофе «К-129», и более того – знали точное место её гибели. Они наблюдали за нами, дабы уяснить наши дальнейшие намерения.

С 8 марта по май 1968 года силами Тихоокеанского флота проводилась невиданная по размаху и секретности поисковая операция, в которой были задействованы десятки военных кораблей, суда морского и рыболовного флота, самолёты и вертолёты морской авиации флота. Однако не удалось обнаружить ни лодку, ни каких-либо признаков катастрофы. Было сделано заключение о гибели «К-129». Родственникам подводников сообщили об их смерти, вдовам подводников и их детям дали пенсии по случаю потери кормильца. На территории базы подводных лодок заложили камень для установки памятника.

Взрыв от разрушения корпуса лодки на глубине был зафиксирован донными акустическими системами ВМС США. Ну а если ещё и было столкновение американской атомной подводной лодки «Суордфиш» с «К-129», то американцы, естественно, точно знали координаты гибели лодки.

В период между 1968 и 1973 годами американцы обследовали место гибели нашей лодки глубоководным управляемым батискафом «Триест-2», определили, что она находится на ровном киле. Результаты обследования позволили сделать вывод о возможности подъема лодки. Так родился замысел проведения секретной операции под названием «Дженифер». Главной ее целью было проникнуть в шифрованную связь ВМФ СССР, т.е. «расколоть» шифры, которые считались «абсолютно стойкими». Для этого надо было поднять лодку и извлечь из нее шифрдокументы, боевые пакеты, аппаратуру радиосвязи. С помощью шифров планировалось прочитать весь радиообмен ВМФ СССР за несколько лет того периода, вскрыть систему развертывания и управления флотом. Интересовались американцы также ракетным и торпедным ядерным оружием лодки. Подъём «К-129» облегчил бы работу многим американским специалистам, занятым в оборонных отраслях, сэкономил бы федеральному правительству и налогоплательщикам большие средства. Операция носила совершенно секретный характер. Стало известно, что в полном объеме с ее замыслом были осведомлены лишь три высокопоставленных лица:

-президент США Ричард Никсон;

-директор ЦРУ Уильям Колби;

-миллиардер Говард Хьюз, финансировавший операцию.

На подготовку и осуществление операции ушло почти 7 лет, затраты составили около 350 миллионов долларов.

Для подъема корпуса лодки были спроектированы и построены два специальных судна – «Гломар Эксплорер» и доковая камера НСС-1 с раздвигающимся днищем, на котором были расположены гигантские клещи-захваты по форме корпуса лодки. Оба судна изготовлялись по частям на разных судоверфях западного и восточного побережий США. Даже при окончательной сборке инженеры не могли понять назначение этих судов. Для них по специальному найму, с подпиской о полном молчании, были скомплектованы экипажи. Основная легенда, под которой строилось судно, гласила, что оно предназначено для исследования и разработок морского дна, что Говард Хьюз будет первым, кто сумеет добыть драгоценные металлы со дна моря. Но никто не знал в то время, что сам Хьюз был уже неизлечимо болен. Он потерял рассудок, был худым как скелет с длинными волосами, отказывающийся носить одежду.

Специальное судно «Гломар Эксплорер» представляло собой плавучую платформу водоизмещением свыше 36000тонн. Судно использовало спутниковую систему точной ориентации «Транзит-С», которая позволяла отыскивать нужную точку в океане и удерживаться с помощью специальных подруливающих устройств над ней с точностью до 10 сантиметров.

Специальная доковая камера представляла собой погружаемое самоходное судно с раздвигающимся днищем и специальными гидравлическими упорами для подныривания и жесткой постановки на стопора под днищем «Гломар Эксплорера».

Вся операция по подъему лодки предположительно проводилась в три этапа:

-на первом этапе, в 1973 году в район гибели лодки было направлено судно «Гломар Челленджер», которое, по-видимому, имитировало океанологические работы, бурение морского дна, а главное приучало службы наблюдения нашего флота, что именно такие работы ведутся. На самом деле это судно никакого отношения к подъему не имело;

-на втором этапе, во второй половине 1973 года произошла подмена «Челленджера» судном «Эксплорер», производились подготовительные мероприятия непосредственно над лодкой;

-на третьем этапе, в 1974 году был произведен судоподъем в кратчайшие сроки.

В первой половине 1974 года, когда «Эксплорер» был уже готов, операция оказалась, чуть ли не на грани срыва. В ночь на 5 июня лос-анджелесские грабители проникли в штаб-квартиру фирмы Говарда Хьюза. Там с помощью газовой горелки они вскрыли сейф, где к своему разочарованию, крупных сумм не обнаружили, а нашли кое-какие документы, которые прихватили с собой. Ознакомившись с бумагами, среди которых оказался и совершенно секретный меморандум, где в деталях описывался план подъёма русской подводной лодки, они решили шантажировать ЦРУ, потребовав полмиллиона долларов за возврат совершенно секретных документов. Разведчики торговались, тянули время, надеясь, что ФБР найдет и обезвредит грабителей.

В это время судно «Гломар Эксплорер» уже находилось в районе гибели лодки и готовилось к уникальному подъёму.

Частично информация об этом проникла в средства массовой информации. Но самое удивительное то, что по словам бывшего посла Советского Союза в Америке Анатолия Добрынина, кто-то сумел подсунуть в посольство записку, что американцы занимаются подъёмом лодки. Эта информация была передана в Москву, но там ей не поверили, считая, что это утка, и поднять с такой глубины лодку невозможно.

Через пять суток в Москву прибыл президент США Ричард Никсон. Это было время перестройки в отношениях двух государств в сторону их улучшения. Но, по словам Виктора Суходрева, бывшего личного переводчика генерального секретаря ЦК КПСС Леонида Брежнева, на переговорах руководителей двух государств речь шла обо всём, но только не о том, что американцы закулисно, тайно готовятся к подъёму нашей лодки. Мало того, после возвращения Никсона в США, директор ЦРУ Уильям Колби настоял на продолжении работы по подъёму лодки. И 20 июня судно «Эксплорер» вышло из порта Лонг-Бич и прибыло в район гибели лодки 4 июля 1974 года, в день независимости США. Нашей разведкой был направлен в район разведывательный корабль «Пеленг», который обнаружил судно «Эксплорер» странной конструкции. Американцы, не обращая внимание на наш корабль, деятельно демонстрировали проведение бурильных работ, для чего навинчивали и прогоняли вниз трубы, за сутки до 1,5 километров, поднимали их. Наш корабль ежесуточно доносил, что действия американцев непонятны, но все признаки того, что ведут поиск нефти. У корабля были на исходе запасы продовольствия и воды, он был возвращен в базу. Далее на его место отправили океанский спасательный буксир, он вел наблюдение в течение 10 суток, но не выявил ничего нового, и был также возвращен в базу. Скрытное проведение операции американцам удалось.

Когда же операция была завершена и опасность от разглашения сведений, по мнению разведки, стала не такой уж важной, грабителям поставили новые условия, которые их явно не устаивали. Тгда те сторговались с журналистами, и 8 февраля 1975 года газета «Лос-Анджелес таймс» поместила сенсационную статью о сделке ЦРУ с Хьюзом.

Напрасно директор ЦРУ Уильям Колби призывал журналистов в интересах национальной безопасности забыть об этом деле и не дразнить Москву, с газетных и журнальных страниц сыпались всё новые и новые подробности.

Как стало известно, была поднята не вся лодка. Когда до лодки оставались считанные десятки метров, за рычаги управления захватом сел главный конструктор подводной платформы – слишком велико было искушение стать не только теоретиком, но и исполнителем кульминационной части операции. Управляемый неопытной рукой захват ударился о грунт, оператор неверно рассчитал расстояние лдо лодки, так как не учёл эффекта преломления света в воде. От удара одна из клешней захвата дала трещину. До поверхности океана оставалось совсем немного, когда повреждённая клешня рассыпалась. Теперь лодку удерживала за носовую часть лишь одна пара клешней. И здесь случилось непредвиденное. Сыграли свою роль скрытые разрушения корпуса лодки. На глазах у американцев субмарина раскололась, и примерно три четверти её корпуса, с четвёртого по восьмой отсек, вместе с телами большинства погибших и баллистическими ракетами стали погружаться в океанскую пучину. И вдруг из этой части выскользнула ракета с ядерным зарядом и пошла ко дну. Все замерли в ужасе, но к счастью взрыва не произошло. Были подняты только 1, 2 и часть третьего отсеков.

Американцы считали, что интересующие их шифрдокументы, аппаратура засекреченной связи, боевые пакеты находятся, как на всех советских лодках, во втором отсеке, в командирском, поэтому посчитали, что главную часть работы выполнили. «Эксплорер» с доковой камерой под своим днищем ушел в район Гавайских островов, где в работу вступили боевые пловцы ВМС США. Забраться внутрь лодки было очень трудно, там всё было исковеркано и сдавлено взрывом и огромнейшим давлением воды. Матрацы матросских коек были спрессованы до 40 сантиметров в длину. Из носовой части лодки были извлечены тела погибших подводников, большая часть которых находилась в первом и втором отсеках, где по всей видимости все свободные от вахты моряки смотрели кинофильм или проводили собрание.

Противоречивы данные по поводу захоронения экипажа. Одни утверждают, что были найдены тела многих членов экипажа, другие говорят лишь о восьми подводниках. По одним сведениям, погибшие погребены в океане с отпеванием на русском и английском языках, под звуки траурного салюта и гимна СССР, по другим – на суше, на американской территории. Во всяком случае, я видел по телевизору в конце прошлого столетия фильм телевизионного журналиста и ведущего на канале НТВ Сергея Киселёва, где были показаны фрагменты перзахоронения американцами 6 подводников в море по принятому в советском ВМФ ритуалу. Гробы с ними стояли у развёрнутого военно-морского флага СССР, был исполнен Гимн Советского Союза, прозвучали выстрелы траурного салюта. Затем гробы были помещены в контейнер, который медленно опустили в море. Этот процесс был заснят на цветную кинопленку. Куда делись остальные, извлеченные из корпуса лодки тела, неясно до сих пор.

Затем судно через 40 дней вернулось ночью в Лонг-Бич. К нему подогнали грузовики, и что-то вывезли на них. А что – это одна из самых охраняемых тайн американского ЦРУ.

Несмотря на все принимаемые меры, американцам не удалось сохранить полное молчание и тайну о проведённой операции. Наибольшую активность при этом проявил журналист Андерсен, который потом рассказал, что в то время с ним лично разговаривал Уильям Колби и настоятельно рекомендовал прекратить журналистское расследование по данной теме.

Министерство иностранных дел СССР направило ноту США, в которой указывалось, что службы США тайно, в нарушение норм международного морского права, т.е. грубо говоря, по-воровски, подняли наш корабль. В ответной ноте Госдепартамент США заявил, что Советский Союз не объявлял о гибели своей подводной лодки, следовательно, по нормам международного права, это ничейное, бросовое имущество. Сложилась практически такая ситуация, когда страна отказалась от граждан, которых послала охранять безоасность своей территории. СССР было достаточно опубликовать в «Извещениях мореплавателям» или в открытой печати сообщение о гибели лодки с примерным указанием района, чтобы ни одна другая страна не имела юридического права поднять лодку.

Тогда МИД СССР направил вторую ноту, что США надругались над вечным покоем наших погибших подводников, нарушили их братскую могилу. В ответ было заявлено, что моряки подводники перезахоронены в море по всем правилам, принятым в ВМФ СССР, убедитесь в этом, получите копию киносъемки. На этом выяснение отношений закончилось.

Однако в СССР гибель подводников официально не была зарегистрирована. Подводная лодка направлялась на патрулирование в крайней спешке, с отзывом офицеров из отпусков и приписыванием ряда подводников, не входящих в постоянный экипаж. Даже список личного состава, выходящего в море и оставляемый в штабе соединения, не был подписан и заверен печатью лодки или соединения, пооэтому родственники погибших не могли добиться назначения пенвии. Почти через 30 лет, после распада СССР, им были выданы свидетельства о смерти мужей, отцов, сыновей.

А из носовой части лодки в обстановке абсолютной секретности американцами были извлечены торпеды, в том числе и две с ядерными боевыми частями. Но главного, шифров, они не нашли. Причина оказалась весьма неожиданной. Дело в том, что командир лодки капитан 1 ранга Кобзарь был высокого роста и всегда мучился в тесной и короткой командирской каюте. В период ремонта он уговорил главного строителя за соответствующее вознаграждение корабельным спиртом перенести соседнюю каюту шифровальщика в четвертый отсек, увеличив за счет этого свою каюту. Четвертый отсек американцам не удалось поднять, шифры остались на дне.

Обо всем этом мне рассказал в Кишиневе контр-адмирал Штыров Анатолий Тихонович. Он в те годы, когда поднималась американцами лодка, был заместителем начальника разведывательного управления Тихоокеанского флота. А в Кишиневе он был на пенсии, после завершения службы в военно-морском управлении штаба войск юго-западного направления. Штаб этот находился в Кишиневе. В нём я проходил службу в должности помощника начальника штаба войск юго-западного направления по военно-морским вопросам.

Затраты на операцию, сделанные ведомством Г.Хьюза, требовалось возвратить. Тогда «Эксплорер» был использован оригинальным способом. В 16 или 17 веках, в районе западнее Калифорнии затонул испанский галеон с грузом золотых и серебряных слитков. Одна из фирм, купив лицензию, начала подготовку к подъему судна. Пока фирма готовилась, в район тайно прибыл «Эксплорер», и в одну из ночей зачерпнул своими клешнями и утащил в неизвестном направлении испанский галеон со всем его содержимым. Обиженная фирма подала иск в верховный суд США, но получила ответ из ЦРУ: «если хотите себя сохранить, то заберите иск». Что фирма и сделала, с сильными мира сего не спорят!

В октябре 1992 года директор ЦРУ Р.Гейтс во время встречи с Президентом России Б. Ельциным передал ему материалы, касающиеся гибели «К-129». Гейтс информировал Президента, что летом 1974 года специально построенное американское судно подняло носовую часть советской подводной лодки, которая затонула в марте 1968 года в северном районе Тихого океана. В лодке были обнаружены останки шести погибших, трое из них имели удостоверения личности Виктора Лохова, Владимира Костюшко, Валентина Носачёва. Этим ребятам в момент гибели было по 20 лет. Остальных троих опознать не удалось. К сожалению, Гейтс не поведал ничего нового, что могло бы пролить свет на тайну гибели «К-129».

Вот на какой лодке пришлось мне проходить практику на Камчатке. В конце 1992 года о погибших подводниках впервые в России было сказано открыто. Главком ВМФ адмирал Феликчс Громов приказал подготовить проекты нового приказа министра обороны и постановления правительства относительно «К-129». В Советском Союзе об этой операции практически никто не знал долгое время. Вот как об этом узнала вдова старшего помощника командира Ирина Журавина. По её словам она уехала с Камчатки, получила квартиру в Москве и работала на таможне в международном аэропорту Шереметьево. И вот при осмотре вещей у одного из пассажиров она увидела американский журнал, в котором описывалась эта операция по подъёму советской подводной лодки, приводились фотографии.

И ещё очень интересный на мой взгляд момент. Командиром дивизии, в состав которой входила лодка «К-129», был контр-адмирал Виктор Дыгало. Он был снят с этой должности после гибели лодки. А теперь освещает все вопросы по АПЛ «Курск» его сын Игорь Викторович Дыгало, капитан 1 ранга, начальник пресс-службы главного штаба ВМФ.

Ходили слухи среди подводников, что американцы после подъёма «К-129» предлагали нам осуществить подъем нашей атомной лодки «К-8», погибшей в апреле 1970 года в Бискайском заливе. Но предлагалось работы по подъему произвести уже на наши средства. Якобы наше правительство от этого проекта отказалось по причине его огромной стоимости.

Прошло 32 года после гибели лодки. В 2000 году в августе на Северном флоте гибнет атомный подводный крейсер «Курск». Возможно, повторяется ситуация, произошедшая с «К-129» в 1968 году? США за 32 года не признали за собой вину, вернее не сознались, что гибель «К-129» произошла от столкновения с их лодкой. Но точно знать координаты ее гибели, на мой взгляд, можно было только из первоисточника, т.е. от командования этой американской лодки. По этим координатам и была обнаружена затонувшая лодка, а потом проведены работы по ее подъему.